?Вопрос-ответ
Версия для слабовидящих Вернуться на обычную версию
к списку

Новости RSS подписка

29
августа
2016

Продолжается восстановление Молитвенного дома омовения с галереями на Преображенском еврейском кладбище

Поделиться:
Распечатать

В осмотре хода работ по восстановлению памятника регионального значения Молитвенный дом омовения на Преображенском еврейском кладбище на пр. Александровской фермы пр., 66 приняли участие председатель КГИОП Сергей Макаров, председатель еврейской религиозной общины Санкт‑Петербурга Марк Грубарг, заместитель директора ГКУ «Дирекция заказчика по ремонтно-реставрационным работам на памятниках истории и культуры» Александр Тарасенко, архитектор Евгений Шабловский, представители компании-подрядчика ООО «Краски Города».

«Это очень интересный объект и с точки зрения культурной наполненности, и с точки зрения технологий, которые были применены при его строительстве. Я хотел бы поблагодарить пользователя, которому ранее удалось привлечь значительные средства для первоочередных работ по реставрации разрушающегося памятника, - отметил Сергей Макаров. – С 2015 года реставрацию этого объекта финансирует город».

В 2015 году за счет средств бюджета Санкт‑Петербурга по программе КГИОП выполнялись работы по реставрации крыши Молитвенного дома и галерей (8,9 млн. руб.).

В 2016 году ведутся работы по усилению стен и конструкций (11,3 млн. руб.), реставрации фасадов (40 млн. руб.), реставрации и воссозданию оконных заполнений             (6,5 млн. руб.).

Здание Дома омовения в 2008 году передано в бессрочное безвозмездное пользование Санкт‑Петербургской еврейской религиозной общине. Производились работы по реставрации участков крыши, купола и фасадов. Разработанный по заказу пользователя проект реставрации здания в 2010 году отмечен Знаком качества «Сделано в Санкт‑Петербурге».

«Для еврейской общины это очень важное место, - рассказал Марк Грубарг. – Сейчас мы находимся в одном из самых выдающихся сооружений кладбищенской архитектуры. Для нас это здание представляет огромную ценность. Поэтому я бы хотел поблагодарить городскую власть в лице Комитета по охране памятников за их помощь и поддержку, за живой интерес к подобным объектам, переживание за их дальнейшую судьбу».

Многочисленные и постоянные протечки привели к тому, что отдельные участки стен здания промочены насквозь, штукатурка и окраска отслаиваются и разрушаются. 

Система отопления в здании полностью демонтирована, здание не отапливается. Вентиляция помещений нарушена.

Историческая отделка интерьеров сохранилась (с повреждениями и утратами) только в зале омовения. Локальные следы бывшей отделки имеются в молитвенном зале  и в зале ожидания.

Исторические полы из метлахской плитки в вестибюлях со стороны галерей и со стороны кладбища, а также в зале омовения, сохранились, но они имеют повреждения       и утраты фрагментов.

Исторические деревянные двери утрачены полностью и заменены новодельными металлическими и деревянными, за исключением двух исторических дверных блоков, расположенных в проёмах между молитвенным залом и залами омовения и ожидания.

Единственным сохранившимся историческим предметом декоративно-прикладного искусства в здании является историческая люстра в зале ожидания.

***

Еврейское кладбище было открыто в 1875 году как отдельный иноверческий участок Преображенского кладбища. Административно эти два кладбища были разделены в начале XX века. Однако Еврейское кладбище сохранило историческое название — Преображенское, а вторая его часть была переименована в кладбище Жертв 9 января.

По иудейским правилам, чтобы открыть еврейское кладбище, необходимо, чтобы одновременно умерли хотя бы два еврея. Когда в 1875 году произошел пожар                    на Охтинском пороховом заводе и среди погибших в огне людей оказались два еврея, представители общины обратились к властям с просьбой о выделении участка. Эта «давняя традиция, связанная с фундаментальным представлением иудаизма о загробной жизни, запрещает обрекать душу на одиночество», - пишут авторы книги «Исторические кладбища Петербурга».

Первая могила еврейского Преображенского кладбища сохранилась. На невысокой стеле в форме скрижалей надписи по-русски и по-еврейски: «Берка Бурак, Мошка Фрисна. Лаборатористы Охтенского порохового завода 23 лет от роду. Погибли при взрыве лаборатории 28 февраля, 15 адара и погребены на кладбище 2-го марта 1875 г.».

23 сентября 1912 года состоялось открытие (освящение) каменного Дома омовения и отпевания, построенного вместо обветшавшего деревянного.  Из 9 конкурсных проектов комиссией с участием авторитетных специалистов (Германа Гримма, Василия Косякова, Владимира Покровского и др.) единогласно выбран проект архитектора Якова Гевирца, выпускника Высшего художественного училища при Императорской академии художеств по мастерской Леонтия Бенуа. Средства выделила Еврейская община.

В результате доработки архитектором проекта главное здание дополнено боковыми крыльями, в которых размещаются зал ожидания, зал омовения, технические и служебные помещения, а также фланкирующими передний двор боковыми галереями, на чьих обращенных во двор стенах были помещены рельефные изречения из священных текстов.

Общий стиль Дома омовения с галереями напоминал «арабские постройки Азии XIV и XV вв.», воплощая основную идею: «создать образ монументального, строгого сооружения, отрешенного и изолированного от мирской суеты».

Гранитные работы выполняло Финляндское акционерное каменно-промышленное общество. Проектирование наиболее ответственных конструкций — сводов над центральным молитвенным залом, апсидой, центральным вестибюлем и галереями,                   а также арок и стен барабана, колонн и аркад галерей, поручили инженерам петербургского товарищества «Железо-Бетон» - одной из наиболее известных                           и квалифицированных фирм России того времени.

Основной причиной привлечения инженеров к проектированию являлась необходимость обеспечения требуемой прочности конструкций при условии снижения их веса. Эта непростая задача решалась путем замены кирпичной кладки железобетоном.

Монолитные железобетонные конструкции, выполненные над молитвенным залом и галереями, являются уникальными и заслуживают статуса памятника строительной техники.

Здание являлось в буквальном смысле слова синагогой, то есть местом для собраний, но более точно именовалось Домом (молельным домом) для отпевания умерших, поскольку изучения Торы, субботней молитвы, отмечаний праздников здесь не было.

Яков Гевирц писал о проекте: «Знакомясь со зданием, его внешним видом и внутренним устройством – зритель узнаёт признаки известного ему процесса или узнаёт то, чего он ещё не знал. И в том и в другом случае в его сознании возникают вереницы представлений и связанные с ними чувственные переживания».

К Дому омовения вели четыре входа. У каждой галереи были свои ворота. Это тоже не случайно. Через один вход — центральный — в Дом омовения вносили покойного. Остальные были предназначены для людей, которые пришли проститься. Мужчины                   и женщины заходили через разные галереи. В специальном зале тело умершего омывали тело 40 литрами воды. Все приехавшие проститься с покойным ожидали завершения этой длительной процедуры. Потом умершего одевали в специальную одежду, которая обязательно изготавливалась вручную. Потом тело выносили в общий зал, где читались молитвы. В главном зале обязательно был хор (балкон для хора сохранился в Доме омовения и сейчас). И лишь потом умершего несли к месту погребения. Хоронили тогда без гробов. После погребения читали молитву (кадиш), и на этом церемония завершалась.

В годы Великой Отечественной войны Дом омовения продолжал функционировать. После войны в здании выполнялся косметический ремонт, были закрашены живописные элементы отделки молитвенного зала, оставлены только надписи на иврите по периметру под карнизом и на стенах под окнами барабана. Историческая ритуальная мебель, центральная люстра, фрагменты паркетных полов к этому времени были утрачены.

К 1990-м годам строение сильно обветшало, многочисленные протечки крыш привели к разрушению отделки. В здании произошло несколько пожаров. Предпринимавшиеся в конце 1990-х — начале 2000-х гг. попытки реставрации здания частично приостановили его прогрессирующее разрушение.

Размер шрифта:
Кернинг:
Изображения:
Цвет: